Глава 2. Мятежники Красного Круга

– Эй, Ноэль, нам пора возвращаться! – громко выкрикнул молодой человек, взвалив на плечо оружие. Сегодня, как и всегда, от рассвета до заката он активно охотился. Его звали Мирут, а помогавших ему коллег-охотников Фрэс и Ноэль. Фрэс вытирал пот, отдыхая на ближайшем пне.

– Что, уже закончили? Ведь осталось ещё много животных. И знаете, это слегка позорно,  – где-то над деревом послышался недовольный голос.

– Сегодняшний улов и без того огромен. Нехорошо быть слишком жадными, как бы то ни было, просто спускайся уже оттуда.

– Да, я понимаю.

Прямо перед Мирутом Ноэль изящно спрыгнула вниз и приземлилась посреди бесчисленных трупов маленьких животных, которые усеяли лесную почву. Из каждого животного торчала стрела, талантливо пущенная в один из жизненно важных органов.

– Впечатляюще, как всегда. Чудовищное мастерство.

– Хотя мне и не нравятся луки, без стрел сражаться невозможно.

Мируту не было никакого смысла отвечать. Даже умелый охотник не сможет повторить её стабильные результаты, не говоря уже о совсем ещё зелёных Мируте и Фрэсе. Он не хотел слышать, чтобы настолько талантливый человек, как она, говорил, что это даже не его специальность.

– Эй, погоди. Я думал, мы собирались вместе прикончить небольшого кабана. Таким образом, разве всё не выглядит так, будто ты лучшая? – Фрэс ткнул мёртвого кабана. Поскольку он был маленьким, его убийство не заслуживало большой похвалы.

– Да ладно, разве это не удивительно?

– Ах да, это удивительно. Совершенно удивительно. Ты удивительна.

– Хорошо! Я приму это, – невинно улыбаясь, Ноэль кинула несколько ягод Фрэсу за комплемент.

– О, спасибо… Гадство, такие же кислые, как всегда, – Фрэс нахмурился, жуя косточки.

Жалуясь на жару, Ноэль начала расстёгивать верхнюю часть своей рубашки. Мирут осознал, что его взгляд начал смещаться, а Фрэс с удовольствием наслаждался видом.

«Она всегда такая. Даже не осознаёшь, что ты женщина?»

Раздражённый её беззащитностью Мирут, чтобы прикрыть девушку, накинул на неё кусок ткани, а Фрэс тихо прищёлкнул языком.

– Ты можешь простудиться, поэтому вытри пот. Давай.

– Хорошо.

Приведя в порядок свою грудь, она начала вытирать волосы. Мирут был очарован её взъерошенными, слегка покачивающимися огненно-красными волосами. Это зрелище загадочным образом завораживало.

– Спасибо, возвращаю полотенце. Ну, тогда давайте вернёмся и немного поедим! Хорошая еда и отдых — первые шаги на пути к счастью, верно?

Ноэль достала блокнот из своего нагрудного кармана, чтобы подтвердить свои подозрения. Это было одно из её сокровищ: памятка счастья. Не важно, кого спрашивая, она всегда записывала каждую деталь каждого способа найти счастье. Способы, которые по её мнению не сработают, были зачёркнуты диагональной линией. Девушка всегда вкладывала много усилий, но до сих пор не достигла значительного прогресса. Она сокрушалась каждый раз, когда какой-нибудь способ на деле постигала неудача.

– Вот так обстоят дела. Хорошо, давайте возвращаться. Фрэс, собери добычу.

– Верно. С таким количеством мы сегодня устроим пир!

– Ну, удачи, ребята.

– Ты тоже помогай. Достань верёвку из той сумки.

– Хорошо, я поняла.

Они привязали дичь к деревянным шестам, готовясь отправляться обратно. Горная область создала среду, в которой могло вырасти очень малое количество сельскохозяйственных культур, поэтому население деревни обеспечивалось тем, что приносили охотники каждый день. Эта зависимость от охотников позволила Ноэль жить в деревне. Их избыток пищи был недостаточно большим, чтобы поддерживать бесполезных людей, тем самым вынуждая мужчин и женщин всех возрастов каждый день тяжело работать, чтобы сводить концы с концами.

Люди были разочарованы высокими налогами. Несмотря на то, что они трудились изо всех сил, комфортная жизнь была вне досягаемости. Большая часть урожая была припасена для продажи в ближайшем городе, а остальное взималось в качестве налога. Средняя продолжительность жизни составляла лишь несколько десятилетий. Из-за продолжающегося быта их мысли и настроения медленно мрачнели.

Несмотря на всё это, люди никогда не думали браться за мечи. У них не было ни воли, ни возможности для успешного восстания. В обветшалом деревенском баре близкие друзья жаловались друг другу всеми остававшимися силами. В этой застоявшейся, сокращающейся суетности внезапно материализовалась оптимистичная девушка. Она появилась с широкой улыбкой на лице в одеянии торговца, которое было ей велико, и двузубцем за спиной.

Для маленькой деревни это было важное событие. Староста деревни созвал всех вместе, чтобы обсудить, что делать. Ноэль рассказала им о своих обстоятельствах, но поскольку она была одна, не было способа подтвердить её историю. Ударив себя в грудь, она похвасталась, что способна делать всё, что могут делать они. Староста никогда раньше не слышал таких возмутительных слов, но впоследствии с ними пришлось согласиться. Ноэль было приблизительно 16, и поскольку она была молода и привлекательна, они планировали продать её, если девушка окажется бесполезной. Такое было не удивительным. Ведь уже происходило несколько раз, когда продавали детей бесполезных жителей. Вопреки всем ожиданиям Ноэль получила постоянное место жительства. Она поселилась в старом обветшалом здании и начала жизнь умелого охотника.

Со старым луком и несколькими стрелами, которые ей одолжил Мирут, она отправилась на охоту в горы. Ее результаты были сравнимы с результатами трех дней охоты самого умелого охотника деревни, и если бы она продолжила охотиться в таком темпе, это бы навредило экосистеме, поэтому ей пришлось сдерживаться. Так Ноэль стала полноправным членом деревни Зоим.

– Эй, почему ты так хороша в охоте? В чём твой секрет? Может быть, какой-то трюк, чтобы обнаруживать скрывающихся животных?

– Не совсем. Я просто… знаю, понимаешь? Могу сказать, где они прячутся, и куда выстрелить, чтобы подстрелить птицу. Подожди, разве я не удивительна?

– Ты удивительна, это действительно невероятно. Если понимаешь такие вещи, может быть, поможешь мне?

– Хаа, понимаешь, она относится к типу людей с врождённым талантом. Разве тебе не завидно? Если женишься на ней, то можно не беспокоиться о еде до конца жизни.

– Даже не знаю…

— Абсолютная правда, ошибиться невозможно.

Пока Фрэс шутил, лицо Ноэль выражало равнодушие, и таким образом он продолжил:

– …Насчёт того, что я говорил ранее, разве не самое время задуматься об этом?

– Это о том, за кого выйду замуж?

– Да, об этом. Говорил тогда я серьёзно. Так что насчёт этого? И скажу сейчас опять, я серьезен.

Фрэс спросил с необычно серьёзным видом. Ноэль была выбором номер один для большинства молодых людей в деревне. Её внешность была исключительной, а её охотничьему мастерству не было равных. Уже сейчас многие из них пали перед её очарованием. Тот, кто женится на ней, получит важное положение в деревне, но она сама не замечала этого. У неё полностью отсутствовала “женственность”, присущая другим девушкам её возраста.

– Нет. Я ценю твои чувства, но ты можешь остановиться?

– Но почему нет?

– Ну, я не знаю, остановит ли меня брак от поиска счастья. Женщины в деревне сильно жаловались по поводу своих браков.

Она достала свою памятку счастья для подтверждения. Подсмотрев в неё со стороны, Фрэс смог увидеть, что заметка о браке, к сожалению, была зачёркнута.

– Не слушай этих недовольных старых женщин. Всё будет хорошо, это же я. Мы обязательно найдём счастье! – резко возразил Фрэс.

Он убедился, что по-настоящему любит среди всех девушек деревни ту единственную.

– Кто мне нравится, совершенно не знаю ответа на подобные вопросы. Сейчас нет никого, с кем я хотела бы жить, поэтому не мог бы ты ненадолго перестать спрашивать меня? – Ноэль улыбнулась, явно отвергая его.

«Полагаю, она относится к такому типу женщин. Полностью отличающихся от других. Я понятия не имею, о чём она думает.»

Ноэль обычно была отчуждённой и беспечной, но иногда выражение её лица менялось. Время от времени через её жизнерадостное поведение проявлялась тьма. Сильнее всего это было заметно в дождливые дни. В последующие ночи она как будто становилась одержима другой, более мрачной личностью. Ноэль изменялась до такой степени, что с ней становилось трудно разговаривать.

Однажды в течение дня шёл сильный ливень, и последовавшей ночью пьяный хулиган попытался прокрасться в кровать Ноэль. После этого он побежал к старосте деревни из-за страха мести, даже зная, что за его поступок последует наказание. Он нарисовал то, что его напугало. В тех каракулях можно было различить фигуру девушки. Посчитали, что его рассказ был пьяным бредом, но на следующее утро после инцидента полумёртвого мужчину нашли лежащим на площади деревни. Он выглядел настолько скверно, что было больно смотреть. С тех пор он старался избегать Ноэль, его глаза были как у испуганной собаки. Никто не знал, какая участь его постигла после изгнания из деревни.

Фрэс, зная об этом, больше не сказал ни слова. Неосознанно расстроившись, Мирут вздохнул.

Когда они шли вниз по горе, возвращаясь в деревню, их окликнул высокий молодой человек. Долговязого покорного мужчину звали Крафт. Он стоял в поле с мотыгой в руках.

– Эй, ребята!

– Что такое, Крафт? Мы не сможем собрать урожай, если ты будешь там просто стоять, – Фрэс хлопнул его по спине. Их характеры были прямо противоположными, но они каким-то образом хорошо ладили.

– Ничего подобного. В деревне стало очень шумно. Я думаю, что-то случилось.

– Скоро узнаем.

– Но что если напали бандиты?

Нападения бандитов на деревню не были редкостью. Работая сообща, жители противостояли им как могли. Просто отдавали деньги, если сталкивались с большой группой бандитов. А если бандитов было мало, то, обращая ситуацию в свою пользу, быстро возвращали имущество.

– Вау, действительно шумно. А,  да, может быть, это фестиваль? Фестивали – это всегда весело, верно?  – Ноэль была оптимистична как никогда.

– Как бы ты на это ни посмотрела, невозможно, чтобы фестиваль начался в такое время года.

– Фестивали – это весело, ты не согласен? Там будет много восхитительных лакомств. Будут барабаны, и флейты, очень интересно. Я немного занималась, так что довольно хороша в…

– Сейчас не время для твоих позитивных объяснений. Посмотри на языки пламени, вздымающиеся в небо!

– Эй, что?!

Лица Фрэса и Крафта побледнели. Со стороны Деревни Зоим поднимался чёрный дым. В окрестностях не было бандитов, которые бы прибегли к поджогу, так как подобное привело бы к снижению их будущих доходов. Однако всё ещё есть вероятность, что другая банда проходила мимо.

– Ч-ч-что же нам делать? Эй, Фрэс, мы… в какую сторону мы должны бежать?

– Не говори так! Мы не можем просто бросить наших людей, тупица! – Фрэс отвесил Крафту подзатыльник.

Естественно, Мирут был того же мнения. У него не было намерений жертвовать своей семьёй. Они оба бы попытались помочь, даже если пришлось бы идти в одиночку.

– Хорошо, тогда самое время возвращаться в деревню. Судя по твоим словам, у тебя хорошие намерения.

– Ноэль, т-ты тоже? Тебя могут убить, если эти бандиты окажутся жестокими.

– Тебе не стоит беспокоиться, я буду в порядке. Просто убью всех, кто встанет на моём пути. В противном случае ситуация станет совсем неуправляемой.

Ноэль, улыбаясь, издала короткий смешок и взяла в правую руку двузубец, висевший за спиной. При виде этого Крафт лишился дара речи. Он почти не мог поверить в увиденное. Не может быть, чтобы кучка обычных крестьян-фермеров и охотников сможет разобраться с организованной группой бандитов.

«Эта глупая женщина всерьёз собирается сражаться с ними? Как будто не осознаёт разницу между людьми и животными.»

Люди думают не как животные, на них не так легко охотиться. Мирут никогда раньше не убивал людей, но даже он знал это. В довершение ко всему, несмотря на свои навыки стрельбы из лука, Ноэль решила использовать копьё, мастерство обращения с которым никогда не было подтверждено. Хотя она всегда носила его с собой, оно ни разу не пригодилось во время охоты. А преодолеть такую сложную ситуацию было не так просто.

– Ноэль, мы пока не знаем, кто нам противостоит. Мы не можем позволить случившемуся выйти из-под контроля. Ты можешь безрассудно умереть там, ни о чём не заботясь, но у нас есть семьи, и прямо сейчас мы абсолютно точно не можем быть вовлечены в это.

– Хорошо, ясно.

– Точно?

– Да, понимаю.

Ноэль сжала свою правую руку в кулак на груди и отдала честь в военном стиле. Движение было чрезмерно преувеличено в насмешливой манере, но затем она выпрямила спину, и её выражение стало серьёзным. Девушка больше не была похожа охотника, а вместо этого выглядела как настоящий солдат.

– …Я делаю это правильно?

– А, мне тоже следует это сделать?

Посмотрев друг на друга, Фрэс и Крафт повторили за ней. Даже без указания различия между ними были очевидны.

– Делайте, что хотите. Сейчас не время разговаривать о глупостях, поспешим! – Мирут, пожав плечами, направился в сторону деревни.

Добравшись до деревни, они увидели много людей с красными повязками на руках. Не похоже, что они были грабителями. Никто не кричал. На доме старосты, который возвышался над деревней, обычный флаг висел под другим углом. Тем не менее, они не понимали, почему флаг изображал две красные диагональные линии на белом полотне.

– Фрэс, ты невредим!

– А, да, но что всё это значит?

– Я и сама толком не знаю. Их внезапно так много появилось.

Фрэс убедился в безопасности своей матери, но Мирут всё ещё искал своего единственного оставшегося члена семьи. Когда его взгляд встретился с взглядом того, кого он искал, они бросились друг к другу.

– Братик!

– Киар! Они ничего тебе не сделали?

– Нет, но было страшно.

– Теперь всё хорошо. Братик здесь. – Мирут обнял Киар, которая, наконец, улыбнулась.

– Вы выглядите такими счастливыми, что я немного завидую. Эй, а можно создать семью не выходя замуж? – Ноэль задала нелепый вопрос, доставая свою памятку. Она приблизилась к беззащитному лицу, но от неё отмахнулись рукой.

– Эй, погодите. Какова ситуация? Славно, что вы счастливы и всё такое, но может быть действительно плохо.

– Ага. В конце концов, деревню захватили какие-то неизвестные люди. – Ноэль твёрдо кивнула, понимая это.

– Если вы поняли — ведите себя тихо! – Мирут оставил дурачество другим и отправился рассматривать пришедших в деревню людей, похожих на бандитов. У каждого из них была красная повязка на руке, и все они оказались вооружены копьями, мечами и прочим оружием. Их одежда была изорвана, и им не хватало чувства единства. Также они были непропорционально смешаны, и, казалось, были более демографически разношерстнее, чем обычные блуждающие банды разбойников.

– Но всё же, кто эти ребята? Кажется, они как-то отличаются от налётчиков.

– Они похожи на какую-то сборную солянку. Посмотрите на того паренька, у него в руках бамбуковая метла. Ты думаешь, он использует ее в качестве оружия? – поспешно указала Ноэль.

– Если будешь так шуметь, мы будем выделяться.

– Никто не услышал, и нас ещё не заметили.

– Всё ещё проблематично, даже если шанс, что они заметят нас 1 к 10 000.

– Полагаю, ты прав.

В это время из группы вышел вперёд один человек. Отличаясь от других, его фигура была больше, а снаряжение выше качеством. Его манера поведения была как у бывалого наёмника, а не бандита. С первого взгляда было видно, что он отличался. Когда мужчина призвал к тишине, оживлённая масса мгновенно замолкла. Человек, представлявший их, оглядел окружение, и заговорил громким, резонирующим голосом.

– Мы те, кто подняли восстание против Гроора Вардека, наместника Коинбры и его деспотического режима. Мы – армия Красного Круга!

– Э… армия Красного Круга? – кланяясь, спросил староста деревни, в ответ мужчина кивнул.

– Всё верно. Меня зовут Ристэйх, и я являюсь главой армии Красного Круга. Пролив много крови до этого момента, чтобы не забывать об этом, мы носим красную ткань на правой руке. Мы вырезаем свои красные круги из флагов наших врагов, и готовы покарать тех, кому противостоим!

– Я-ясно…

– Наша армия Красного Круга стремится занять столицу, ударив с Северной Коинбры.  Мы каждый день работаем по направлению нашего предназначения. Наши усилия являются доказательством вопиющей тирании деспотического Гроора. К настоящему времени наши деяния должны стать известны самому Императору! Когда это произойдёт, виновные личинки получат по заслугам.

В отличие от гордого и самоуверенного Ристэйха, староста деревни только растерялся. Если то, что он сказал, было правдой, то изолированная деревня совершенно непричастна. Единственным временем, когда политика имела значение, было время, когда сборщики налогов совершали свой обход или когда военные вербовали молодых мужчин.

Мирут понял, к чему это приведёт, но ничего не сказал. Он не сводил глаз на случай, если это произойдёт. Тем временем глаза Ноэль были закрыты. Время от времени её тело пошатывалось так, что Мирут подумывал, уснула ли она на самом деле. Он хотел, чтобы она была более бдительной, но продолжил молчать, потому что не хотел вызвать беспокойство. Киар держалась обеими руками сзади за Ноэль. Младшая сестра Мирута была очень привязана к беззаботной девушке.

– Чего вы хотите от этой малочисленной деревни? Несмотря на наше гостеприимство, запасы деревни ничтожны.

– Среди собратьев такое вымогательство немыслимо. Если бы творили такие вещи, мы были бы не лучше тех, с кем боремся. У нас есть только одна просьба. Мы просим тех, кто согласен с нами, выйти вперёд и присоединиться к нашему делу. Кто угодно может помочь, ибо без такой поддержки мы не смогли бы ничего изменить. Мы примем тех, кто готов поднять свои мечи, ибо сейчас их время!

– В общем, вы хотите, чтобы мы взялись за оружие в восстании против правительства Коинбры.

Ристэйх резко ответил обеспокоенному старосте, сморщившему лоб:

– Проще говоря, да. Однако у нас нет намерений противостоять Его Императорскому Величеству или самой империи. Наша единственная цель убрать паразитов с их руководящих должностей над Коинброй. Никогда не будет наше благородное дело истолковано как государственная измена!

На случай отказа солдаты рассредоточились, готовясь к грабежу. Хотя лидер мятежников обещал никого не убивать, он сделал сильный акцент на том, как другие люди щедро снабжали их. Тем не менее, восстание всё ещё было серьёзным преступлением. Если деревня окажет поддержку и восстание окончится неудачей, они, непременно, встретят трагическую судьбу. Прежде чем капитулировать с беспомощным выражением, староста колебался некоторое время.

– Понимаю. Некоторые из наших молодых примут участие, поэтому, пожалуйста, проявите милосердие.

– Я признателен. Наша миссия выступить против преступлений Гроора и жить на благо людей. Староста, мы докажем, что ваше решение окажется верным! – воскликнул Ристэйх перед тем как сесть на свою лошадь.

С этими тяжёлыми словами кавалерия выдвинулась, а остальная армия Красного Круга начала поход в свободном строе. Они были только передовым отрядом повстанческой армии, остальные отряды должны прибыть позже. С таким большим количеством людей, поддержание порядка становилось невозможным. Пока Мирут думал о подобных вещах, староста, опустив плечи, побрёл обратно к жителям деревни.

– Всё как вы и слышали, я не могу заставить вас подчиниться. К сожалению, здесь пройдёт ещё больше солдат.

– Что?! Что они могу исправить, восстание – серьёзное дело! Если потеряем наших работников, мы лишимся наших жизней!

– Несмотря на это, нашу деревню бы уничтожили, если бы мы не приняли условий. Есть кто-нибудь, кто смог бы сделать лучший выбор?!

– Староста, что если мы тайно сообщим военным?

– Не может быть, чтобы они не заметили. Они могут делать вид, что не замечают, но они знают. Если мы сделаем это, то к тому времени, когда прибудет помощь с юга, мы уже будем мертвы. У меня не оказалось другого выбора. Понимаю, что будет трудно, но мы должны выжить.

Опуская голову, староста заговорил дрожащим голосом. Никто не стал возражать. Даже учитывая нынешнюю ситуацию, национальная армия не станет защищать их деревню, вместо этого, они, вероятно, подождут и посмотрят, как сложится ситуация. Правда, что люди затаили злобу на правление Гроора. Среди них, скорее всего, найдется несколько, желающих улучшить положение вещей, приняв участие в восстании. Если армия завербует солдат среди соотечественников северян, которые также страдали от бедности, у них не будет сильной воли подавлять восстание, а скорее появится чувство, что мятежники были теми, кто выразил их собственные недовольства.

Староста, который принял решение, и те, кто был согласен с ним, собрались вместе и громко заговорили. Они обсуждали, кого послать с мятежниками. Участвующие начали смотреть на Мирута и охотников, а также постепенно обратили свои взгляды на Крафта и земледельцев. В общей сложности они выбрали десять человек. Конечно, среди них была и Ноэль. В такие времена было данностью жертвовать чужаков и вторых сыновей.

– Эй, можете все послушать немного?

– Что?

Ноэль повернулась к ним с серьёзным выражением, и заговорила:

– А, ну, я говорю, что будет лучше, если бы вы собрали свои семьи и бежали в безопасное место.

– …Что это должно значить?

– Я согласен с ней. Почему это нам не позволено говорить другим бежать со своими семьями? Разве мы должны присоединяться к армии Красного Круга?

Крафт наклонил свою голову в любопытстве. Лица остальных также выражали недоумение. Было вполне естественно то, что они должны были присоединиться, чтобы деревня смогла избежать разрушения. Кроме того, было нелепо предполагать, что они будут сражаться за армию, которая разлучила их с семьями. Ни Киар, ни мать Фрэса не смогут защитить себя: без помощи они умрут.

– Ага, ага, и почему-то мне кажется, что таким темпом, как только мы уйдём, оставшиеся войска всё равно начнут грабёжи.

– Э?

– Эй, погоди. Такого не может произойти! – прокричал Фрэс, но Ноэль не волновало то, что он сказал.

– Ну, даже называя себя армией Красного Круга, они довольно неорганизованны. Они больше похожи на скитающихся бандитов, чем на хорошо дисциплинированные военные силы.

– Но…

– Чтобы вы ни о чём не пожалели, я рекомендую бежать со своими близкими. Не то, чтобы я заставляла вас или что-то в этом роде… – сказав это, Ноэль схватила руку Киар и пошла.

– Эй! Что ты делаешь с Киар? – начал кричать Мирут, и Ноэль мягко улыбнулась ему.

– Киар мой друг, поэтому я буду защищать её. Верно?

– Спасибо, Ноэль-тян!

– Ага. А, хочешь, мы вместе почитаем мою иллюстрированную книгу? Она всегда содержит новую историю, поэтому тебе лучше подготовиться, какую бы историю мы не обнаружили.

– Хочу! Убедись, что ты тоже готова, хорошо!

– Эй, остановись! Не поступай опрометчиво!

Стоя на месте, Мирут колебался. В словах обычно не думающей много Ноэль, которая сейчас увела его сестру, была доля правды. Он не был уверен, как поступать.

«Проклятье, что же мне делать?»

–Довольно забавное лицо, Мирут. Выглядит, будто ты только что съел что-то кислое. Эй, ты же не против, если я посмеюсь, правда? – Ноэль имела привычку спрашивать разрешение после того, как уже что-то начала, и этот раз не был исключением.

Мирут был так расстроен, что просто крикнул

– Заткнись! Я думаю, поэтому прекрати!

– Хорошо, поняла.

Ноэль снова отдала честь в идеальной форме, впрочем, улыбка на её лице не исчезла. Как будто она не могла понять всю серьёзность ситуации, в которой оказалась. А он был не в состоянии принять решение. Ему надо было перестать обращать внимание на выходки Ноэль и сосредоточиться на цели.

«Мы могли бы направиться к южному округу Рокбэл. Также надо убедиться, что мы сбежим в подходящий момент. В любом случае, будет лучше держать это втайне от других жителей.»

Южная дорога приведёт их из деревни Зоим в округ Рокбэл, который находился между северным и южным регионами. Область была довольно большой, такой, что армия мятежников не сможет прочесать её целиком.

– Хорошо, тогда я пойду и поговорю со старостой. Думаю, то, что предложила Ноэль не кажется невозможным.

– Правда, что мы не знаем, что произойдёт, а? История этого Ристэйха тоже подозрительна. Сейчас мы не можем ему доверять.

– Так вот как всё обстоит? Мне он показался очень добросовестным парнем.

– Жизнь не так проста, чтобы, просто взглянув, можно было отличить хорошее от плохого, – Фрэс бросил эту фразу со стороны, и Мирут был того же мнения. Ристэйх утверждал, что он отчаянно борется с тиранией, но это только верхушка айсберга. Они вовсе не казались отчаянными, а их действия до сих пор не были такими, которые бедные поддержали бы с готовностью.

– Вероятно, подобное произошло и в окружающих деревнях. Ч-что же нам делать? – большое тело Крафта дрожало. Несмотря на своё внушительное телосложение, у него было меньше духа, чем у большинства.

Мирут, зная, что от Крафта можно не ждать помощи, выдвинул свое предложение. Он из тех людей, которые помогают тем, кого знают.

– На данный момент мы спрячемся в горах. Нам не придётся беспокоиться о еде, если остановимся в охотничьей хижине. Мы сможем продержаться там какое-то время.

– Вот оно! Ты такой умный Мирут. Я пока схожу за папой и мамой!

– Я тоже, – несколько человек последовало за долговязым Крафтом.

– Ноэль, извини, но не могла бы ты присмотреть за Киар, пока я не вернусь. Рассчитываю на тебя, защити её.

– Хорошо, я позабочусь о ней, – Ноэль кивнула в подтверждение и повернулась лицом к подчинённым старосты.

Было безрассудным брать с собой младшую сестру, которой только недавно исполнилось десять, потому что она легко может стать обузой во время побега. Они планировали уйти, как только Мирут вернётся. Если сбежит маленькая группа, то прежде чем остальные жители деревни заметят их пропажу, пройдёт некоторое время.

– Извини, но похоже, будто я на попечении у няни. Думаю, самое время для иллюстрированной книги? Почему-то кажется именно так.

– Лучше, когда мы выберемся из деревни. Такую особенную вещь надо читать тогда, когда мы сможем оценить её в полной мере. Мы не можем позволить такую растрату, верно? – улыбнулась Ноэль в ответ на взволнованные слова Киар.

– Сестрица Ноэль, разве ты не боишься? Даже несмотря на то, что все люди паникуют?

– Полагаю, что сейчас я совсем не боюсь. Имею в виду, ведь дождь не идёт, и погода великолепная, – Ноэль подняла глаза к небу. Солнца не было, но на его месте полумесяц освещал мир.

– Всё хорошо, когда нет дождя?

– Ага. Падающие капли дождя предвещают начало кошмаров. Всегда было так… Дождливые дни полны плохих вещей, – ответила Ноэль в раздражении.

– Дождливые дни удручают тебя. В солнечные дни ты всегда улыбаешься, но в дождливые ты делаешь очень страшное лицо.

– Чистое небо несёт только добрые вести. Аах, я хочу, чтобы всегда было безоблачно.

Солнце являлось источником энергии Ноэль. И волосы девушки были того же цвета. Солнечные лучи освещали её, когда она выбирала себе имя. Луна и звёзды приводили её сердце к покою, их ленивый, переливающийся свет приносил лёгкий настрой, который был хорош для сна. Поэтому Ноэль превозносила такие безоблачные дни.

– Но разве урожай не погибнет?

– …Ага, это верно.

– Видишь, видишь, дождь важен. Когда идёт дождь, не надо поливать поля!

Слушая слова Киар, Ноэль вспомнила тот день, адскую сцену, которую она не смогла вытеснить из своей головы: гнилой запах, который одолевал её нос, резкое жужжание мух, дыру, наполненную беспомощно брошенными трупами, и безжизненные тела своих дорогих друзей. Таким был конец тех, кто не смог найти счастье, покрытый холодным дождём, что застилает мир. Она возненавидела дождь, и чувствовала, будто её существование исчезало с каждой каплей.

– Тем не менее, я всё равно не люблю дождь. На самом деле, ненавижу его.


  «Предыдущая глава |МенюСледующая глава»

 

One Comment

Добавить комментарий