Первый звонок / Введение (Промо)

Кинннннннг, коннннннннннг, канннннннг, коннннннннннг…

Наклоненный и грязный динамик хрипло транслировал звон колокола.

Это звучало как какой-то предсмертный крик, что заставило Кёске открыть глаза и подняться.

«…»

Беспорядок с местоположением вскоре рассеялся, а вспомнив предыдущие события, он сразу потерял все силы.

Почесав голову, Кёске осмотрел своё окружение и вздохнул.

(…Вздох. Почему я должен был поступить в это долбаное место?)

Бетонные стены, окружающие его со всех сторон, были в трещинах, сломанные или во въевшихся пятнах, густо покрытые непристойными и пошлыми граффити.

«Дерьмо» «Убивай!» «Умри умри умри умри убей убей убей убей» «18782 + 18782 =

37564»[1] «ШКОЛЬНЫЙ УБИЙЦА» «очень хочу〇 Курумию-тан» «← потерял голову» «← слишком поздно» «мир во всем мире к воле…» (написано кровью, незакончено).

Все виды ненормативной лексики покрывали пол, потолок, столы и стулья, добавляя аромат бедствия в разрушенном классе, а на окнах установлены тусклые решетки из черного и толстого железа.

Но самая неприятная часть была не в классе, а в одноклассниках.

Взять, к примеру, Кёске, сидевшего в центре первого ряда, и парня, сидящего справа от него.

«Ха? Какого черта ты вылупился а?.. Грязное дерьмо нуждается в дезинфекции!»

Его голову украшал красный ирокез, а зловещее лицо украшено серьгами.
Галстук с черными полосками свободно висел, из щелей в небрежно надетой рубашке виднелось мускулистое тело, а штаны и пиджак формы вообще ему не подходили.

Если судить чисто по внешности, то этот парня был тем, кого Кёске хотел избегать больше всего. Даже так, этот парень привлек слишком много внимания, когда схватил Кёске за футболку, что стало невозможно больше его игнорировать.

Горячая молодая кровь должна иметь свои пределы. Кёске никак не ожидал, что этот парень внезапно придет в поисках неприятностей.

Холодный пот стекал по лицу Кёске, пока он пытался показать свою лучшую дерьмовую усмешку.

«Ха-ха… Нет, не совсем? Ты выглядишь так угрожающе, что было трудно отвести взгляд. Как его, точно… мода авангарда? Особенно волосы. Разве это не петушиный гребень? Выглядит супер! Это как идеальное комбо для содержимого твоей головы, которая ничем не отличается от петушиной. Хахаха… и теперь пришло время отпустить меня.»

«Хаааааа? Я убью тебя, ублюдок ?!»

Кёске изо всех сил пытался сказать что-то позитивное, но его усилия были тщетны.

В сопровождении свирепого рева рукой с выпирающими мышцами и венами, он поднял Кёске в воздух.

Его задница парила в воздухе над стулом — Кёске подняли, в то время как парень злобно зыркал на него, чуть ли не касаясь лица, но Кёске не боялся.

«…Вздох, моя ошибка. Извинюсь перед тобой, так что успокойся, ладно? Брошенный сюда по непонятным причинам, я сейчас в плохом настроении…»

Ответив ему с близкого расстояния, Кёске убрал свою улыбку и затем жестко ударил головой по лбу придурка.

«Давай проясним… полумертвым тебя не оставлю, ведь я только начал, ублюдок с ирокезом!»

Одноклассники, которые спокойно наблюдали, мгновенно оживились.

Все одеты в униформу, мальчики и девочки, казалось, выглядели одного возраста, но их внешний вид, темперамент и реакция радикально отличались друг от друга.

«Отличная работа, вы двое устройте драку! Мне уже становилось скучно. Сделайте это впечатляюще ярко, ладно?!»

«Только первый день, а здесь так много горячей молодой крови… Фуфу. Не впутывайте меня в это, хорошо?»

«Хее-Хее=Хее… Используйте стулья, чтобы сломать ногти, один за другим, а потом разбить все пальцы, один за другим …

Малоприятные парни, подстрекатели и шутники.

«С-с-с-с-супер плохо! К-к-к-к-кто-нибудь остановит их~?!» Робкая девушка, в панике смотрела налево и направо.

А еще была девушка, полностью игнорирующая атмосферу в классе, зевая и скрестив ноги, она произнесла, крася ногти:

«…Скука».

Это всё было не нормальным.

Тем не менее, Кёске знал. С того момента, как началась учеба в этой школе, как они собрались в этом классе, он знал, что никто здесь не будет нормальным.

Так, действительно ли Кёске тоже был фриком? Ответ — «Нет».

Он ворчал. Подавляя свой растущий гнев и недовольство, он впивался взглядом в лица одноклассников.

Кёске ненавидел и проклинал этих людей, желая от всего сердца не иметь с ними ничего общего.

Это сборище людей были причиной его ненависти.

«Ну, Ирокез. Позволь мне сделать тебе пластическую операцию, чтобы исправить твоё дерьмовое лицо…  Моим кулаком, конечно».

«Ха?! Что ты сказал? …Я больше не буду это терпеть! Я разорву тебя на куски!»

Ирокез, схватив Кёске за воротник левой рукой, собирался ударить его правой.

Сжав так сильно, что издав звук, кулак энергично пролетел…

Визг, скрежет, визг… Крах!

В этот момент дверь класса отворилась, и вошла девочка.

Держа документы в руках, одетая в фирменный женский костюм, она, вероятно, была учителем.

Должно быть, классный руководитель. Можно сказать, что она очень молода, скорее, слишком молода.

«…Эй, вы двое, что вы там делаете? Или хотите быть снова дисциплинированными?»

Милая девушка, с волосами, будто подстриженными под каре с помощью острого инструмента, посмотрела на застывших Кёске и Ирокеза.

Ростом она была всего 1,4 м или около того. Если её женский костюм заменить на детскую одежду, а документы на школьный рюкзак, то она будет очень похожа на младшеклассницу.

«…»

Почти мгновенно повисла тишина….

«Ерунда. Дисциплинировать~? Маленькая девочка хочет меня дисциплинировать? Это просто офигенно~ Яхахахахаха!»

Ирокез, отпустив Кёске, указал на девочку, заливаясь от смеха.

Девочка, приподняв бровь, сказала: «Очень хорошо», положив документы, облокотилась на аналой, и провела рукой по своей короткой челке волос, будто находила эту ситуацию утомительной.

«Ого-го… ну да ладно, поскольку сегодня только первый день, я закрою глаза. Прекращайте этот раздражающий фарс, пока у меня настроение не испортилось… Понятно? Иначе настанет время для дисциплинирования. Никакие возражения не принимаются».

» Хех, Куколка, это действительно чертовски смешно. Почему бы тебе не попробовать дисциплинировать меня?! Но перед этим…»

Облизывая толстые губы, ирокез схватил стул обеими руками.

Не было времени воскликнуть от удивления. Ирокез поднял высоко над головой стул, шагнул на стол и прыгнул, нападая на девочку. Колебаний, раздумий, сдерживания, милосердия — ни одной из этих мыслей или эмоций не было.

«Вопи своей жалкой задницей, пока умираешь, маленькая девчушка! Яхаааааааааа!»

Стул качнулся вниз прямо в сторону её головы. Нержавеющая сталь стула ударила девочку по голове и раздавила ее маленький череп, или, по крайней мере, это то, что Кёске ожидал увидеть, но в следующий момент…

«Пффф. Дебил… это ты будешь плакать, Ирокез! …Ты сам попросил о смерти».

В сторону носа с пирсингом вылетела появившаяся из ниоткуда стальная труба.

Звук тяжелого удара. Испуская приглушенный вопль «Гьяяяя?!», Ирокез выронил стул, а брызнувшая кровь окрасила нежные и бледные щечки девочки.

«Ради Бога, никакого воспитания вообще… ну не важно. Отныне, я буду той, кто научить тебя… чему? Страху и лояльности. Ну, возможно, ты действительно умрешь, но ведь не будешь возражать, верно? …Эй, каков твой ответ? Отвечай тепеееееерь?!»

Приблизившись к Ирокезу с разбитым носом, катающемуся по полу от боли, девочка снова взмахнула стальной трубой. Кто знает, сколько раз, в конце концов, он получил.

«……Ха?»

К тому времени, когда он пришел в себя, Кёске уже сам рухнул на пол. Ученики кричали «Хииииии?!», а воздух в классе похолодел.

«Какого черта?.. Что случилось с тем парнем? Почему учитель сделал такое…»

Из-за столов и стульев Кёске не мог видеть, что происходит, но слышал каждый раз, когда девочка поднимала руку и опускала, раздавались крики «О-остановись!», » Только не туда?! Глаз! Мои гребаный глаз?!» вместе с новыми брызгами крови.

Пууш, пууш, пууш, кра! …

«…Муу? Похоже, он в экстазе или умер? Ну, не важно.»

Положив на своё плечо погнутую стальную трубу, покрытую кровью и жиром, девочка вернулась к аналою.

«Эй, ты там. Как долго собираешься сидеть на полу? …Ты тоже хочешь быть дисциплинированным, сопляк?»

Потрясенный в изумлении, Кёске только пришел в себя, услышав эти слова, посмотрел вверх.

Круглые и очаровательные глаза ярко сияли, глядя вниз на Кёске.

«…?!»

Он понял, что определенно будет «убит», если сразу не встанет.

Кёске встал, помогая себя стулом и затем, склонившись, побрел к своему месту.

(Я спасен.) Подумал Кёске и вздохнул с облегчением, как сразу же…

«Эй ты. Отвечай? Отвечааааааай?!»

«Д-Даааааааааа?!»

«…Что? Таким образом, ты жаждешь дисциплины, а?»

«А?»

Девочка слизнула свежую кровь со своего лица и по-садистски улыбнулась.

Её поведение было невозможно понять. Кёске замотал головой изо всех сил.

«Н-Нет! Это мои честные намерения подчиняться, сэнсэй! Это было недоразумение, недоразумение!»

В голове его вдруг появился образ тела, лежащего в луже крови.

Видя отчаянную попытку объясниться, девушка усмехнулась

«… Все равно. Открой глаза и смотри внимательно. То, что ты чувствуешь по отношению ко мне прямо сейчас, это страх. Запомни это очень~ хорошо в своем сердце. Кукуку… Все поняли? Любой, кто обнажит против меня свои клыки, будет превращен в это » кровавое месиво» без исключения. Если вы цените свою никчемную жизнь, не выступайте против меня! Подчиняйтесь! Льстите! Падайте ниц! Грязные свиньи!» — Угрожала она детским голосом, размахивая своей стальной трубой, а плоть и кровь, первоначально прилипшие к трубе, разлетались в разные стороны, заставив Кёске вспомнить сцену, которой он стал свидетелем.

Все в комнате съежились, только девушка, сидящая слева от Кёске, используя пинцет, чтобы приложить фальшивые бриллианты и кристаллы сваровски к своим накрашенным ногтям, вяло ответила: » Да ~~»

Кроме этого стояла мертвая тишина.

Насилие вне всяких сомнений убило всю атмосферу в классе

«…Так. Хоть немного поздно, но пришло время представиться. Меня зовут Курумия Хиджири. Начиная с сегодняшнего дня, я ваш классный руководитель и буду заботиться о вас 1-ый год класс А. Мои любимые слова — ‘подчинение’ и ‘доминирование’, а больше всего ненавижу такие слова как, ‘малявка’ и ‘коротышка’. Несмотря на то, как выгляжу, мне двадцать лет и я нахожусь в самом расцвете сил. Рада познакомиться со всеми вами.»

Кто знает, что случится с тем, кто выступит против желания этой девочки — Курумии.

«… Да?»- Приняв молчание класса за ответ, Курумия медленно сузила глаза.

«Если у вас еще будет какой-нибудь умник, который будет высовываться также как сейчас, то я смогу привить ему в голову дисциплину. Это было бы хорошо. Кукуку… хотя, как я вижу, вы еще далеко не идеальны, но позвольте мне дать вам проходной балл на данный момент. »

Сказав это, Курумия, на мгновение прекратив говорить, медленно обвела своим пристальным взглядом весь класс по кругу, изучая каждого ученика по очереди. После этого, остановив взгляд на дрожащем Кёске в течение десяти секунд, она внезапно улыбнулась, показав сияющую улыбку.

Но её глаза не отражали этой радости. Затем торжественным голосом Курумия объявила, словно молитву или панихиду:

«Добро пожаловать в нашу школу. В школу реабилитации Purgatorium[2], убийцы».


[1] 18782 + 18782 = 37564 читается как «iyanayatsu» (неприятный парень) + «iyanayatsu» (неприятный парень) = «Minagoroshi» (Резня).

[2] Purgatorium- В переводе с латыни это слово означает Чистилище.

Бонус:

004.jpg

«Предыдущая глава |Меню| Следующая глава»

One Comment

Добавить комментарий