Исчезновение Айко

(Глава еще не прошла окончательное редактирование)
Works_in_progress_Icon_32

 

 

Рекомендуемый трек: The Witcher 3: Hearts of Stone — Mystery Man

 

События происходят некоторое время спустя, после событий 81-ой главы.

Прошло три недели после воссоединения, шока и сложных чувств – испытанных из-за разлуки отряда Куки с Каори, в городе с почтовым отделением — Холадом.

В данный миг, существовал один насущный вопрос, с которым отряд Куки должен был немедленно разобраться, и это: убийство людей. Они не могут сражаться дальше, пока не примут для себя четкого решения по этому вопросу, поэтому им пришлось вернуться обратно в столицу Королевства. Если они желают принять участие в войне, то отряду было необходимо принять для себя «Убийства». А  иначе, если не пересилят это чувство, то станут лишь обузой в сражении.

Стоит подчеркнуть, что у них было не так уж и много времени для размышлений. До их ушей уже дошли новости о произошедшем в Уле, и из этих новостей следовало, что Демоны проявляют все больше активности. А из этого вытекало, что война все приближалась, и на них в любой момент могли напасть. Поэтому, на текущий момент главной задачей отряда Куки стало: как можно скорее решить для себя эту моральную дилемму.

Сейчас, отряд Куки проходил боевую подготовку с рыцарями под командованием Милда. Рютаро, отряд Кондо и шайка Хиямы. Те, кто уже были к такому готовы, раз за разом спрашивали себя, справятся ли они, особенно после той сцены с выстрелом Хадзиме в голову Демонессы. Время поджимало, но они могли сломаться, если резко заставить их убивать, поэтому Милд и Рыцари так же отчаянно искали подходящий подход.

Их пасмурное настроение, немного развеяла небольшая, но приятная весть.

Дело касалось возвращения отряда Айко. Вообще говоря, обычно, харизма Куки сплачивала одноклассников. Однако сейчас герой пребывал в унынии, что вгоняло остальных в столь же невеселое расположение духа. Причина, по которой они еще не были полностью сломлены из-за сурового поражения и нахлынувших проблем, заключалась в душе компании, Судзу, а так же в последовавшим ее примеру Шидзуку и Нагаяме. Хотя и их умы поглотила тревога, вынудившая их переоценить свои взгляды на опекающих их взрослых. Все они на самом деле очень хотели свидеться с учителем, что  никогда не покладая рук, выжималась на полную ради своих учеников.

Услышав о возвращении Айко, Шидзуку предприняла первый шаг. Ей хотелось обсудить с Айко многие темы, поэтому она резво закончила свою тренировку. Также она жаждала услышать впечатления одноклассников, повидавших Хадзиме, куда раньше ее самой и она намеревалась со всей объективностью обменяться информацией со столь не предвзятой Айко.

Надев на себя, полученные от Хадзиме, смоляного окраса ножны и пояс, для еще одного, обоюдоострого меча, насыщенно черного цвета, Шидзуку пошла по коридору королевского дворца. Каким-то образом ее внешность вгоняла в краску леди и горничных, больше, нежели прочие мужчины. Эта неприятность досаждала Шидзуку даже в этом ином мире. Она, действительно желала, чтобы ее избавили от обращений, вроде «уважаемая сестра» женщинами, старше ее по возрасту.

Прознав о действиях Хадзиме в Уле, Шидзуку хотела напрямую спросить Айко о ее мнении относительно Хадзиме. В зависимости от впечатления Айко о нем, уравновешенный в данный момент разум Куки  мог потерять с таким трудом установленное душевное равновесие. Такова была Шидзуку по своей природе, и это во многом доставляло ей трудности, куда бы она ни пошла.

-Наверняка он натворил делов и  в Уле… Но все же он  дал мне этот напоминающий катану клинок… Все действительно именно так, как он и говорил: «Он настолько остер, что даже новичок, махнув им лишь раз, с легкостью разрежет сталь». Это разве не артефакт уровня национального достояния?

Разговаривая в мыслях сама с собой. Шидзуку молча положила руку на катану, висящую на талии. Двигаясь в сторону комнаты Айко, Шидзуку вспоминала случай, произошедший с ней, когда она посетила кузницу Королевства для обслуживания своей катаны.

Шидзуку  назвала свой напоминающий катану клинок «Черная катана». Она решила показать ее лучшему кузнецу Королевства. Сначала кузнец не отходил от формального тона общения, и общался с ней, как с одной из «Посланников Божьих». Только вот его поведение резко изменилось, стоило ему лишь обследовать катану Шидзуку опознавательной магией, и он тут же схватил ее за плечи. Складывалось впечатление, что его ранее формально общение, было лишь миражем. Сейчас он закидывал ее вопросами, пытаясь вызнать у нее, словно дознаватель, где она достала такой меч и кто его создатель.

Хоть это ее и смутило, Шидзуку смогла кое-как прийти в себя и спросила, что случилось. Кузнец пролепетал, что даже по меркам Королевской Сокровищницы, этот меч должен быть более или менее столь  же ценен, как и Святой Меч. Хоть его отдача и вместимость магии — не достигали уровня Святого Меча, его функциональность и многообразие деталей превосходили Святой Меч.

После более тщательного обследования выяснилось, что если запитать клинок магической силой, то, он вытягивался на 60 сантиметров, формируя при этом воздушный клинок. К тому же, наряду с удлинённой частью, формировалось еще 2 клинка, которыми можно было выстреливать.

Затем, были обследованы ножны. Стало ясно, что они при запитке магической силой покрывались молнией, а также на них имелся механический переключатель у горлышка ножен, при использовании которого, из ножен на невообразимой скорости вылетали иглы.

Что же касается лезвия, чтобы оно не разломалось, оно было создано из Азантиума, поэтому в его ремонте и обслуживание не было какой либо нужды. В этому клинке, в обслуживание нуждались лишь иглы, и то, нужно было лишь пополнять их запас, время от времени.

Однако проблема заключалась в том, что магическим построением для питания магией он оснащен не был. Вполне логично. Ведь Хадзиме умел контролировать магию напрямую, и изначально он и не думал передавать клинок кому-либо. Впрочем правдой было и то, что ранее сказал Хадзиме: «Он настолько остер, что даже новичок, махнув им лишь раз, с легкостью разрежет сталь».

Поскольку скрытые в мече возможности сейчас можно было использовать, лишь умея контролировать магию напрямую, глаза кузнецов загорелись азартом:

-И хоть мы не способны воссоздать оружие с такой любовью к деталям и функционалом, мы сделаем этот клинок более пригодным! — так они мыслили. Проще говоря, они сделают все, чтобы магия владельца меча смогла полностью раскрыть его потенциал. В итоге, спустя три дня и три ночи, кузнецы Королевства за предводительством самого лучшего кузнеца Королевства, отложили все свои прочие дела и каким-то чудом смогли сотворить магическое построение.

А вместе с ним, Шидзуку теперь могла активировать способности катаны, не нуждаясь в пении. После же, кузнецы, чья магия полностью истощилась, спали в течение нескольких дней, с поистине счастливыми выражениями на лицах.

Шидзуку вглядывалась вдаль, и вспоминала их устрашающий ремесленный дух, затем она наконец достигла своего места назначения — комнаты Айко. Постучалась, но ответа не последовало. Шидзуку слышала, что Айко собиралась отчитаться перед Королем и другими представителями власти, так что она предположила, что та все еще не вернулась. Облокотившись на стену, Шидзуку решила подождать возвращения Айко.

Прошло 30 минут, прежде чем Айко вернулась. Ее шаги можно было услышать из  внутреннего коридора, почему-то они отдавали грустью. Айко плелась вперед, не смотря перед собой, и серьезная мина на ее лице как нельзя лучше давала понять, что она в возбуждении размышляет о чем-то своем.

Настолько, что Айко даже не заметила Шидзуку, стоящую у ее двери и прошла мимо. Задаваясь вопросом, что же приключилось, Шидзуку позвала Айко, пытаясь остановить ее:

-Сенсей… Сенсей!

-Хоэ?!

Глупо пискнув, тело той дернулось от неожиданности. Айко осмотрелась вокруг, и наконец, заметила Шидзуку. После этого видя, что Шидзуку стоящая перед ней была жива и здорова, она вздохнула с облегчением, и улыбнулась от радости.

-Яигаши-сан! Давно не виделись. Со здоровьем все хорошо? Нигде не ранена? Другие в безопасности?

Пусть она и до этого момента пребывала в унынии, то, что она сейчас произнесла, было искренней заботой о ее учениках. Видя такую неизменную Айко, радость наполнила взор Шидзуку, она улыбнулась, и чувство безопасности заполнило ее разум. Какое-то время, они вдвоем испытывали счастье за благополучие друг друга и свое воссоединение, затем вошли внутрь комнаты Айко для обсуждения и обмена информацией.

***

-Так вот значит, что произошло… Шимидзу-кун был…

Шидзуку и Айко находились в помещении наедине, и всесторонне обмениваясь информацией, попивая из чашек, украшенных миленькими кошачьими лапками, чаек. Услышав о событиях в Уле, это были первые слова, сошедшие с уст Шидзуку.

Внутри комнаты повисло неловкое молчание. Айко удрученно опустила плечи. Очевидно, что случившееся с Шимидзу ее крайне расстроило. При мысли о характере Айко и ее чувстве ответственности, Шидзуку не могла не волноваться, но какими бы не были обстоятельства, найти нужных слов для нее она не могла.

Однако она не могла сдаться и позволить Айко киснуть и дальше, поэтому настолько жизнерадостно, насколько возможно, Шидзуку не прекращала радоваться тому, что Айко находилась сейчас в безопасности.

-Мне становится скверно лишь от одной мысли о случившимся с Шимидзу-куном… Но, я по-настоящему счастлива, что сенсей жива. Мне правда так сильно хочется отблагодарить Нагумо-куна за это.

Завидев улыбку Шидзуку, Айко вновь призадумалась, ведь она снова заставила своего ученика волноваться за себя, а после ответила ей с такой же сияющей улыбкой:

-Ясно. При нашем воссоединении, он не выказывал никакого интереса по отношению к нам и этому миру… но пришел, чтобы спасти Яигаши-сан и остальных. Более того, даже защитил крохотное дитя… Фуфуфу, возможно, что фрагменты его прошлого снова всплывают на поверхность. Или лучше сказать, что он повзрослел…  и стал более надежным.

Сказав это, Айко посмотрела вдаль, а ее щеки … слегка покраснели. Шидзуку же смутилась подумав: «А не странная ли это реакция от  вспоминании об одном из своих учеников?» Также она какое-то время наблюдала, как Айко смеялась(*Фуфуфу*), предаваясь воспоминаниям.

Заметив взгляд Шидзуку, «Кхм!» — прочистила горло Айко. Но сейчас действия Айко уже не могли оставаться не замеченными, поэтому Шидзуку решила надавить. Отчасти убеждая себя, что такого просто не может быть, Шидзуку спросила:

-…Сенсей? В нашем разговоре, сенсей упоминала, что он вытащил вас из нескольких опасных передряг, вы можете рассказать обо всем этом в мельчайших подробностях?

-Э?!

-Нууу. Сенсей, ранее вы говорили, что оказались на грани жизни и смерти, поэтому мне интересно узнать подробности вашего чудесного спасения…

-К-касательно этого…

Шидзуку вспомнила особую медицину Хадзиме, в мгновение ока исцелившую чуть ли не мертвого Милда. Ей показалось, что в инциденте при городе Ул он мог ею воспользоваться, поэтому она решила сделать вид, что ничего об этой магии не знает, и расспросить о ней поподробнее Айко. Щеки Айко запылали пуще прежнего. Взгляд Айко закружился вокруг, и мешкая она стала выдавливать из себя слова… «Это подозрительно»

Шидзуку молниеносно прервала ее своим вопросом:

-…Сенсей. Случилось ли чего между вами и… Нагумо-куном?

-?! Н-неет, это же вовсе невозможно, чтобы что-нибудь случилось, понимаешь? Н-на что ты только намекаешь? Все было как обычно, я в роли учителя и он в роли ученика!

-Сенсей. Успокойтесь. Ваше выражение лица стало причудливым.

-!

Айко в самом деле трепетала. Пробормотав «Я учитель, я учитель…» Айко вероятно показалось, что это прозвучало лишь у нее в голове, но нет. Подозрения Шидзуку — подтвердились. Хоть она и не могла с уверенностью сказать, насколько далеко зашли особые чувства Айко к Хадзиме, но уже сейчас было понятно, что она относилась к нему совсем иначе, нежели к прочим ученикам.

-Нагумо-кун! Как ты мог?! Что же ты сотворил с Аи-чан!

Любой мог бы заметить, как задрожали щеки Шидзуку, при мыслях об этом. Хадзиме уже стал «водрузителем флага» (П/П Особая механика, свойственная обычно японским произведениям, означающая активировать какое-то событие посредством каких-либо решений) несравненным даже с Куки. Хотя в отличие от него, Хадзиме не оставлял привязанности остальных без внимания и отвечал взаимностью на их чувства… Должно быть, он и Айко тоже что-то сказал.

Внезапное появление соперника для ее лучшей подруги вынудило Шидзуку уставиться в потолок, прикрывая руками трясущееся щеки. Очередной инцидент с участием Хадзиме, вывел Шидзуку из себя, и сейчас у нее в голове витало несколько идей о распространении опасных для Хадзиме прозвищ.

Не взирая на пол, Шидзуку стала ненавидеть эту сторону Хадзиме, и опасная идея распространения болезненного прозвища всерьез всплыла у нее в голове… которую она  смогла таки подавить.

Айко и Шидзуку попытались спустить ситуацию на тормозах, многократно для этого прочищая горло, затем вновь возобновили свою беседу, словно ничего и не произошло.

-Тогда, сенсей. Случилось ли что-нибудь, когда вы сообщили все королю?

Вопрос Шидзуку заставил Айко вспомнить нечто, что вызвало горькое выражение на ее лице, ярость и недоверие смешались воедино.

-Официально, Нагумо-кун заклеймен еретиком.

-?! Так–! Что это значит? Нет, я догадываюсь… Но разве это решение не слишком опрометчивое?

Хадзиме силен. С поддержкой лишь пары людей, он отразил более чем 60 000 демонических созданий, используя при этом таинственные артефакты. Товарищи Хадзиме также обладали невероятной силой. Однако его позиция была таковой, что он не собирался работать сообща со Святой Церковью и даже пошел бы против них, потребуй того ситуация. Истина такова, что Хадзиме представлял собой по-настоящему опасную личность для Королевства и Святой Церкви.

Однако слишком необдуманно было весить на него ярлык еретика, слишком поспешно. Клеймо еретика давалось пошедшим против учений Святой Церкви, и оный становился врагом Божьим, такое клеймо делало законным порабощение Хадзиме любым человеком в любое время, где и когда угодно. И по ситуации даже Рыцари Храма, как и Королевская Армия, вполне могли противодействовать ему.

Следуя этому, когда бы они ни напали на Хадзиме, под предлогом того, что он еретик, он сразу бы воспринимал их как врагов, и относился бы к ним, как к своим врагам, сделав из них мишени для своих беспощадных атак. Король и Церковь совершенно точно, не могли не принять это во внимание. Но Айко сказала, что они немедленно вынесли  свой вердикт. Шидзуку просто не могла не удивиться такому их поведению.

У Шидзуку уже были свои предположения на этот счет, заметив это Айко кивнула восхитившись схватывающей на лету Шидзуку.

-Все так, как и говорит Яигаши-сан. В довершении к этому, не имеет значения, что он обладал невообразимой силой и не шел на поводу церкви, он закончил все тем, что спас Ул, но на мои протесты они лишь посмотрели сквозь пальцы. Нагумо-кун предугадал такую ситуацию, поэтому он попытался зацепить всех титулом «Богини Плодородного Урожая». Также, я слышала от телохранителей, что прозвища «Богиня Плодородного Урожая» и «Клинок Богини» разнеслись далеко в глубинки остальных городов. Так что заклеймляя его еретиком, церковь опровергает «Богиню Плодородного Урожая», спасшей людей (П. П. имеет в виду, якобы спасшей, то есть, подыгрывая Хадзиме). По этой причине, они не могли столь легко отвергнуть мои доводы, так, по крайней мере, так должно было быть. Но эти люди силой выдавили решение. Какие же они дремучие… Также, я припоминаю, что кроме Иштара и служителей церкви, выражение лица у короля и знати тоже выглядело озадаченным…

-Какой же это все-таки напряг. О чем они только думали… Но дело в том, что они не могли не прийти к мысли «кого бы послать за столь могущественным Нагумо-куном»,  правильно? И в этом вся суть.

-…Вот как… Возможно…

-Ээ. Между нами говоря…я совершенно точно откажусь выступить против Нагумо, понимаете? Я не хочу умирать. Если стану врагом Нагумо-куну… то….даже думать о том, что случится не хочу.

Шидзуку содрогалась, говоря это, в ответ Айко натянуто ухмыльнулась, разделяя ее чувства.

Именно поэтому, прежде чем Королевство и Церковь потребует от Куки и остальных сразиться с Хадзиме, Айко решила сообщить им о том, что ей поведал Хадзиме. О Безумных Богах и причине его путешествий. Доказательств на руках у нее не имелось, поэтому она понятия не имела, смогут ли Куки и прочие поверить ей. К тому же, до этой поры они выкладывались на полную, лишь из-за веры, что Бог вернет их в родной мир, когда они одержат победу в войне против расы Демонов.

«Говоря начистоту, Богу доставляет удовольствие реакция людей на его действия и возможность возвращения в родной мир крайне мала. Так давайте же отыщем жилища тех, кто восстал против богов в давние времена, тогда мы отыщем путь для своего возвращения!» — Никто бы не поверил этим словам, будь они сказаны ни к селу, ни к городу. После того, как Куки и остальные выслушают ее рассказ, увидят ли они в нем несусветную чушь и продолжат сражаться как ни в чем ни бывало или же поверят ей и начнут искать иной способ возращения в родной мир… Айко не могла предугадать их решение. Но она должна была вдолбить им в головы — не идти слепо за Церковью. Айко твердо решила заняться этим, как только появится возможность.

-Яигаши-сан. Нагумо-кун  осознает, что его сведения не так легко принять на веру, поэтому он поделился ими только со мной, дабы не вызывать враждебную реакцию Аманогавы и остальных.

-Сведения… значит?

-Да. О Боге, почитаемом церковью, представляющим собой цель путешествия Нагумо и девушек. Доказательств каких-либо он не предоставил… Но сведения на самом деле очень значимые, так что этой ночью… нет, этим вечером, я собираюсь сообщить всем о них.

-Это…Нет, суть я поняла. Так, мне собрать всех?

-Нет, у меня нет желания раскрывать эти сведения сторонникам церкви, поэтому я провозглашу все, когда все соберутся на ужине. И тогда мы сможем поговорить друг с другом без посторонних, если я скажу, что хочу провести время с учениками, которых так долго не видела.

-Разумеется. Поняла. Тогда, увидимся за ужином.

После этого, прошло приличное количество времени, пока Шидзуку и Айко болтали между собой. Тем не менее, они знать не знали, что обещанное общение «за ужином» так и не произойдет…

***

Вечерело.

Пока солнце заходило, оно отдавало прощальный подарок красочным, оранжевым отливом, Айко же сейчас шествовала по безлюдному коридору. Вечерний солнечный свет проникал из окон в коридор, заливая светом противоположную стену и пол, создавая, таким образом, контраст.

Айко направилась в сторону столовой, когда ее внимание привлекло вечернее солнце, и она сразу же остановилась, почувствовав чье-то присутствие. Посмотрев вперед, ей на глаза попалась женская фигура, сокрытая в тенях. Женщина вышагивала по центру коридора, грациозно остановившись и выпрямив осанку. Ее одеяния похоже принадлежали  монашкам – прислужница Святой Церкви.

Женщина излучала красоту, но с Айко она заговорила несколько механическим и холодным голосом.

-Приятно познакомиться с вами, Айко Хатакеяма. Я пришла за вами.

По спине Айко пробежали мурашки, когда она услышала ее голос, но она быстро взяла себя в руки, дабы не показаться невежей той, кого она впервые видела.

-Умм. И  мне с вами. Тоже, очень приятно познакомиться. Вы пришли за мной… вы говорите об ужине с учениками?

-Нет, теперь место вашего назначения — главная церковь.

-Эээ?

Предложение, не давшее ей вставить ни единого слова, вынудило Айко спросить ее вновь. В этот миг, женщина вышла из тени на освещаемую вечерним солнцем площадку. Увидев женщину, Айко затаила дыхание. Даже Айко, будучи тоже женщиной, все же была сражена ее очарованием.

Ее серебряные волосы блестели, отражаясь в свете вечернего исполина. Представительница женского пола с бездонными, продолговатыми и узкими голубыми глазами, вместе с таинственными и выразительными очертаниями, которые могли принадлежать как  взрослой женщине, так и  юной девушке. Ее тело было словно идеальным. Хоть ее рост и был высок для женщины, около 170 сантиметров, что заставляло Айко, для беседы, поднимать голову вверх. Ее белая кожа была столь же плавной, сколь белый фарфор, руки и ноги были утонченными. Ее грудь нельзя было назвать, ни большой  ни маленькой, а именно тем совершенным размером, который наводил на мысль о  идеальном балансе.

Однако к несчастью, лицо ее не выражало никаких эмоций. Не то чтобы невыразительное, скорее, словно на ней была надета маска Но (один из видов японского театра). Никто бы и не усомнился, расскажи им кто-нибудь, что она являлась статуей — шедевром известного скульптора. Женщина казалась не-человечески красивой.

Она улыбнулась задержавшей дыхание Айко, и невозмутимо продолжила:

-Мы считаем, что вещи, которые вы собираетесь им рассказать, введут нас в несколько неловкое положение. Все-таки то, чем ваши ученики заняты сейчас, выглядит для нас более «интересным». Поэтому, пока время не придет, вы сойдете со сцены.

-О-о чем это вы…

Ослепляющая красотой монахиня подошла к Айко, не делая при этом ни единого шага, Айко же интуитивно отпрянула. Затем она заметила, как голубые глаза монахини засверкали. Айко почувствовала, как ее разум затуманивается. Мигом, она сконцентрировалась, словно собиралась вызвать магию, и смятение в ее голове разом испарились.

-…Ясно. Похоже ты не зря называешь себя «Богиней». Ты даже смогла устоять перед моим «обаянием». Что же, похоже, другого выхода нет. Придется мне забрать вас силой.

-Не п-подходи! Т-то, что я вознамерилась–… угх?!

Испытав давление истинного характера женщины, Айко была вынуждена активировать свою магию. Однако, раньше, чем она закончила свои чары, монахиня в мгновение ока сократила расстояние и всадила свой кулак в живот Айко. Айко начала терять сознание и в тот момент, когда она почувствовала, как ее сознание поглощает тьма, она услышала бормотание монахини.

-Не беспокойся. Я тебя не убью. Ты все еще ценный кусочек мозаики. И можешь сгодиться в борьбе против этого незаурядного малого.

Беловолосый, с повязкой на глазу парень, всплыл в сознание Айко. Понимая, что ее слова не достигнут его ушей, она все же вскрикнула его имя в своей голове, прежде чем ее сознание окончательно потухло.

-…Нагумо-кун!

***

-?

Монахиня с легкостью, словно та ничего не весила, взвалила Айко на плечи, затем она поводила взглядом по коридору, словно пытаясь кого-то найти. Какое-то время, монахиня, молча что-то выискивала. Затем, она, стоя вдоль коридора, медленно распахнула гостевую дверь.

Таким образом, она вошла в комнату, осмотревшись вокруг, она подошла к шкафу, беззвучно шагая ногами, и с силой открыла дверь. Однако внутри ничего не нашлось, и монахиня наклонив голову, снова оглянулась вокруг, смотря там и тут. Немногим позднее,  не найдя ничего, она вновь взвалила Айко на свои плечи, и вышла из комнаты.

Когда тишина снова наполнила помещение, послышалось дрожащее бормотание:

-…Мне надо это рассказать… кому-нибудь…

Внутри комнаты никого не было. Однако послышались отдаляющиеся шаги и вскоре, комната окончательно залилась «молчанием».

 

«Предыдущая глава |МенюСледующая глава»

10 Comments

    • xarlamp

      На текущий момент к сожалению ускорить никак не получится. У основного переводчика на носу выпускные экзамены, и свободного времени выходит пол часа в день(в лучшем случае), поэтому ждем примерно 8-го числа. А там уже у человека появиться свободное время и мы более детально проработаем вопрос пожертвований в пользу ускорения перевода.

Добавить комментарий