Глава 1

Документы, имеющие важное научное, историческое и культурное значение.

Проиграть аудиозапись 021

Записана 19 Апреля 2157 года

КАРТВРАЙТ: Это полковник-лейтенант Феликс Картврайт. Прошла неделя с момента моей последней передачи и два месяца с того дня, как мы нашли город… дня, когда мир развалился на части. Если кто-либо слышит это, пожалуйста, ответьте.

Если вы там, то несомненно знаете о газе. Скорее всего вы считаете, что кроме вас никто не выжил. Но если вы меня слушаете, то я могу вас заверить, вы не одиноки. Здесь есть люди. Вообще-то сотни людей, и пока мы в безопасности. Если вы сможете сюда добраться, вы тоже будете в безопасности.

Город находится в нескольких милях под землей, недалеко от базы ВВС в Эль Рико. Мои люди оттуда. Как всегда, прилагаю координаты. Если кто-нибудь это получит, пожалуйста, ответьте. Дайте нам знать, что вы там есть… что вы все еще живы.

Конец аудиозаписи

14 Апреля 2339 года

Район Материнства

На расстоянии нескольких миль под поверхностью земли, за стенами последнего человеческого города, в небольшой двухкомнатной квартире, маленький мальчик по имени Терри тихонько играл со своей сестренкой.

Сегодня был его первый день рождения. Ему исполнялось семь.

«Что такое день рождения?» — спросила его сестра Дженис, теребя за рубашку. Ей было всего четыре, и недавно она взяла моду следовать за своим большим братом всюду, куда бы он ни направлялся. «Что это значит?»

Терри улыбнулся, стремясь объяснить. «Мама говорит, что когда тебе исполняется семь, у тебя будет день рождения. Это значит, что ты вырос и готов идти в школу. Это очень большое дело».

«Когда у меня будет день рождения?»

«Тебе еще только четыре, тебе надо подождать».

«Я бы хотела, чтобы мне было семь», — сказала она мягко. Ее тонкие черные волосы нависали над глазами. «Я хочу пойти с тобой».

Он встал на ноги и начал убирать игрушечные кубики. Они вместе построили на полу замок, но Мама будет кричать, если они оставят после себя беспорядок. «Я все тебе расскажу, когда вернусь домой. Обещаю. Ладно?»

«Ладно!» — сказала она жизнерадостно и кинулась помогать брату.

Именно в этот момент, динамик около двери мягко зазвенел, а затем послышался голос матери. «Дети, спускайтесь вниз», — сказала она. «Поторопитесь».

Терри взял руку сестры. «Пошли, Джен», — сказал он.

Она нахмурилась, сжимая его пальцы. «Хорошо».

Они спустились по лестнице, но их матери нигде не было видно.

«Она на кухне», — сказала Дженис, указывая на дальнюю стену. «Видишь мигающую коробку?»

Терри взглянул на карту локатора, хотя название, данное сестрой, прибору тоже подходило. Он отображал карту всей квартиры, на которой то зажигались, то гасли небольшие разноцветные точки, в зависимости от того, в какой комнате находился тот или иной человек. Он подумал — «Вот мы, я — зеленый, и Дженис — синий, а вот Мама — красный». Терри никогда не понимал, зачем им такой прибор, ведь квартира была очень маленькой, но у каждой семьи был такой. Или, просто, так сказала им Мама.

Когда он вошел на кухню, их мать стояла у дальней стойки, и работала с какими-то данными на своем планшете. «Что это?» — спросил он.

«Что-то для работы», — сказала она. Она ткнула по экрану планшета, и убрала его в сумку. «Пошли, Терранс, нам нужно подготовиться и выходить. Сегодня твой первый день, мы же хотим произвести хорошее впечатление?»

«Когда он вернется?» — спросила Дженис.

«Поторопись. Пойдем, Терранс», — сказала она, игнорируя вопрос. Она схватила его руку, и потащила. «У нас всего двадцать минут, чтобы добраться до района Образования. Едва ли хватит времени». Ее голос был кислым. В последнее время он все больше и больше был таким. Все началось несколько дней назад, когда к ним пришел тот человек из школы. Его звали Мистер Хаксли, один из тех людей, с которыми Терри смог поговорить. А судя по тому, как вела себя мать — она была так заинтересована — он, должно быть, очень важный человек.

«Терранс», — голос матери вытащил его из своих размышлений. «Прекрати хандрить, и пойдем».

Дженис подбежала, и обняла его, обхватив своими ручонками настолько, насколько смогла.

«Люблю тебя», — сказала она.

«Тоже тебя люблю».

«Пока», — сказала она, стесняясь.

Он поцеловал ее в лоб, и прошел к двери, где стояла его мать и разговаривала с няней, Миссис Картврайт. «Меня не будет всего несколько часов», — сказала Мать. «Если мне потребуется больше времени, я напишу вам».

«Не волнуйся об этом, Мара», заверила ее Миссис Картврайт. «Можешь быть там столько, сколько нужно».

Мама повернулась к нему. «Вот ты где», — сказала она, беря его за руку. «Пойдем, а то опоздаем».

Они покинули квартиру, и Мама постоянно дергала его за руку. Терри попытался представить, что сегодня может случиться в школе. Будет ли это похоже на его домашние уроки? Будет ли он отставать от других детей, или все начнут учиться одновременно? Он любил учиться, но все еще был шанс, что школа окажется для него слишком сложной. Что он будет делать? Мать научила его некоторым вещам, вроде алгебры или Английского, но кто знает, как далеко ушли другие дети?

Терри тихо шел вниз по бурлящим людьми коридорам, с пустой, беспокойной головой. Он ненавидел эту часть района. Так много движущихся людей, задевающих его, как будто он вещь в переполненном шкафу.

Он поднял голову, чуть не врезавшись в женщину с малышом. Она завернула ребенка в зеленые и коричневые одежды, оторвав от груди. «Извините», — сказал он, но женщина его проигнорировала.

Его мать остановилась, и поглядела вокруг. «Терранс, что ты делаешь? Я здесь», — сказала она, заметив его.

«Извини».

Они ждали поезд, который сегодня на несколько минут опаздывал.

«Я бы хотела, чтобы они поторопились», — сказала женщина неподалеку. Она была молодой, примерно пятнадцатилетней. «Вы думаете, это из-за взрыва?»

«Конечно», — сказала гораздо более зрелая женщина. «Некоторые поезда заняты тем, что развозят подрядчиков по трущобам, чтобы чинить стены. Это тормозит остальные поезда, потому что им нужно делать больше остановок».

«Я слышала, четырнадцать рабочих погибло. Это правда?»

«Ты же знаешь, как ведет себя газ», — сказала она. «Он очень быстр. Слава Богу, что у нас есть карантинные барьеры».

Внезапно раздался громкий звук, за которым последовали три длинных гудка. Некоторое время звук отражался от платформы и стен, пока не исчез.

Терри вздрогнул и сжал руку матери.

«Ай!» — сказала она, — «Терранс, расслабься».

«Но звук», — сказал он.

«Здесь подрядчики». Она указала на другую сторону путей, далеко от них. Чтобы заметить их, Терри потребовалось несколько секунд, но после этого все стало очевидным. Четверо людей стояло рядом. На них была оранжевая одежда, было непонятно, где проходит граница между их рубашками и штанами. На каждой из четырех голов был надет красный пластиковый шлем. У троих в руках были инструменты, приставленные к дальней стене. Они пытались пробуравить стену, изредка меняя инструменты, пока, наконец, четвертый не сказал им отойти. Как только появилось достаточно пустого пространства, из отверстия пошел пар, а на полу начала формироваться лужа с темной жидкостью. Четвертый подрядчик управлял машиной на расстоянии нескольких метров от других. У машины было три конечности, и она возвышалась до высоты его груди. Он приказал остальным подойти, и нажал кнопку на панели. Вместе подрядчики наблюдали, как устройство несколько раз сверкнуло небольшими, но яркими огоньками. Все это заняло всего несколько секунд. Как только все было закончено, они снова собрались вместе у стены и продолжили свою работу.

«Что они делают?» — спросил Терри

Его мать посмотрела на него. «Что? А, они чинят стену, вот и все».

«Зачем?» — спросил он.

«Наверное потому что сегодня ночью был сдвиг. Помнишь, когда земля дрожала?»

Да, помню, подумал он. Из-за этого я проснулся. «Так они ее чинят?»

«Да, правильно». Она вздохнула и огляделась. «Где этот гребаный поезд?»

Терри дернул ее за руку. «А эта девушка сказала, что он опаздывает из-за газа».

Его мать посмотрела на него. «Что ты сказал?»

«Девушка… вот эта». Он указал на молодую девушку в нескольких метрах от них.

«Она сказала, что пришел газ, поэтому поезда такие медленные. Это из-за трущоб».

Он на минуту замолчал. «Нет, подожди. Это потому что они едут в трущобы».

Его мать впилась взглядом в девушку, затем повернулась обратно к путям, ничего не сказав.

«Мама?» — сказал он.

«Помолчи хоть несколько секунд, Терранс».

Терри хотел спросить ее, что было не так, не сделал ли он чего-либо, что ее расстроило, но он знал, когда надо было помолчать. Поэтому он оставил ее наедине со своими мыслями, как она и хотела. Как хороший маленький мальчик.

Звук прибывающего поезда наполнил платформу таким ужасным шумом, что у Терри заболели уши. Поезд все еще вибрировал, когда он вошел в него, и казалось, что он живой.

Через несколько секунд двери закрылись. Поезд поехал.

Терри не знал, должен ли поезд трястись. Когда он был поменьше, мать как-то возила его на поезде в больничное отделение, но после этого он ни разу на нем не ездил. Он ничего не помнил о том случае, кроме того, что ему понравилось. Больничное отделение было недалеко от места, где он жил, затем еще несколько остановок до лабораторий, и еще несколько до района Образования. После этого поезд проезжал через Перцовую Площадь, затем через продовольственные фермы, через Домашние районы, с 4-го по 7-й, и, в конце концов, через фабрики и фермы внешнего круга. Пока Терри глазел на карту маршрута, прикрепленную к стене поезда и запоминал, что мог, он попытался представить все те места, куда он мог бы пойти, и вещи, которые мог бы увидеть. Например, какие виды магазинов есть на торговой площади, и на что похожа работа на фермах? Может, когда-нибудь он сможет туда попасть и выяснит все сам — ездить на поезде весь день и смотреть на все, что только можно. Ну разве было бы не круто?

«Прибытие 22-10, район Образования», изрыгнул коммутатор своим монотонным голосом. Потребовалось несколько секунд, чтобы поезд начал тормозить.

«Это наша. Пошли», — сказала Мать. Она схватила его руку, и толкнула его в двери еще до того, как они полностью открылись.

Почти в школе, подумал Терри. Внезапно он почувствовал жар. Он нервничает? И почему именно сейчас? Он знал об этом давным давно, почему нервозность появилась только сейчас?

Он начал делать более короткие вдохи. Ему захотелось вырваться и вернуться домой, но хватка матери была жесткой и твердой, и чем ближе они подходили к единственному большому зданию в районе, тем жестче и тверже она становилась.

Теперь, когда он здесь, когда, наконец, пришло время, в мозгу Терри пронеслась дюжина вопросов. Будут ли остальные дети похожи на него? Что, если он не так умен, как все остальные? Что, если они будут насмехаться над ним? Он не знал, чего ожидать.

Терри сглотнул, комок в его горле почти душил его.

На воротах около входа в школу стоял пожилой мужчина. Он был одет в одежду, которая не была похожа ни на какую одежду из района Терри, и даже на ту, которую носили люди в поезде. Серая униформа — цвета асфальта, стен и улиц — до такой степени соответствовала его серебряным волосам, что было сложно сказать, где заканчивалось одно, и начиналось другое. «Ага», — сказал он. «Мара, я вижу, ты привела еще одного студента. Я все гадал, когда же появится следующий. Рад видеть, что ты все еще производишь. Когда это было? Пять или шесть лет? Думаю, примерно так».

«Да, спасибо, это Терранс», — быстро сказала Мать. «Мне сказали, что будет эскорт». Она замолчала, глядя на человека, и через окна. «Где Бишоп? Он заверил меня, что будет здесь по такому случаю».

«Полковник», — поправил он, — «в своем офисе, и мальчика нужно привести к нему сразу же, как только я зафиксирую его прибытие».

Она разочарованно вздохнула. «Предполагалось, что он встретит меня сам, около ворот. Я хотела рассказать ему о некоторых вещах».

«Что-то не так?» — спросил Терри.

Она взглянула на него. «Это пустяк, не волнуйся. Тебе просто надо зайти внутрь, вот и все».

«А ты разве не зайдешь?»

«Боюсь, что нет», — сказал человек. «Ей нельзя».

«Все нормально», — сказала Мама, проведя ладонью по его щеке. «Они позаботятся о тебе».

Но это же только школа, подумал Терри. «Я же увижу тебя вечером, верно?»

Она наклонилась и крепко обняла его. Так сильно, как не обнимала уже давно. Он немного расслабился. «Извини, Терранс. Пожалуйста, будь осторожен здесь . Я знаю, сейчас ты этого не поймешь, но в будущем тебе все станет ясно. Все будет хорошо». Она встала, отпустив его руку в первый раз с того момента, как они сошли с поезда. «Ну так что, все?» — спросила Мама человека.

«Да, мадам».

«Хорошо». Она повернулась и стала уходить. Немного задержавшись около угла, она, в конце концов, скрылась из виду.

Человек вытащил дощечку с клочком бумаги на ней. «Когда ты зайдешь, иди в другой конец холла. Охранник, стоящий там, проведет тебя прямо к Полковнику Бишопу. Просто делай, что они скажут, и отвечай либо ‘Да, сэр’, либо ‘Нет, сэр’, тогда все будет нормально. Понятно?»

Терри не понял, но все равно кивнул.

Человек толкнул дверь с помощью руки и ноги. Он придерживал ее и ждал.

«Вот, заходи «, — сказал он.

Терри неохотно вошел, и дверь быстро закрылась за ним.

Здание, полностью из того же металла коричневого и серого оттенка, что и остальная часть города, тем не менее, было выше, чем любые другие здания, в которых бывал Терри. По всей комнате вдоль стен располагались небольшие пешеходные дорожки. Двери нависали со всех сторон, а сама комната вела в множество неизвестных областей. Множество людей ходило по дорожкам взад и вперед. Все было так суматошно, как будто они были на вокзале. Что было более важно, и на что Терри сразу обратил внимание — большинство людей были мужского пола.

Пока, единственными мужчинами, которых он видел, были подсобные рабочие, да случайный учитель, который всегда посещает детей перед их днем рождения. Было так удивительно вообще увидеть мужчину, а тем более сразу столько мужчин. «Может все они — учителя», — подумал он. Они не были похожи на рабочих: белые куртки, а у некоторых кофты коричневого цвета — кофты, ботинки со шнурками и тела, такие же жесткие, как и стены. Может это как раз то, что носят учителя? Откуда ему знать? Он никогда не видел учителей, кроме Мистера Хаксли, и то, это было несколько месяцев назад.

«Ты так и будешь стоять и глазеть?» — спросил голос из другого конца комнаты.

Хотя голос принадлежал другому человеку, он был одет так же, как и все остальные. «Проходи, сюда», — он указал на другую дверь. Она была меньше той, через которую вошел Терри. «Сегодня каждый должен встретиться с полковником. Поторопись. Ты же не хочешь заставить его ждать».

Терри сделал, ему и сказали, и прошел через дверь. Из-за твердого металлического пола его шаги резонировали по всему зданию.

«Ну, входи. Почему ты не заходишь?» — послышался голос изнутри.

Терри осторожно зашел в комнату, которая была гораздо красивее, чем та, в которую он попал, войдя в школу. Она была чище, по крайней мере, если сравнить ее с другими местами, где бывал Терри, включая его собственный дом. На стенах было несколько полок, и на каждой что-то лежало. Взгляд Терри упал на несколько вещей, например, на небольшой прозрачный глобус лежащий на ближайшей к двери полке, внутри которого было изображение женского лица, хотя часть его была затенена, и его было сложно рассмотреть.Также в нем была трещина. Для чего может быть нужна такая вещь? Терри даже не думал об этом. Дальше лежала рамка с небольшим кусочком металла внутри. Надпись гласила, «Серебряный доллар США, около 2064 года». Терри легко мог прочитать слова, но не понимал их. Что это за вещь? И почему она так важна, что ее положили на полку, где каждый может ее увидеть?

«Я же попросил тебя зайти», — резко сказал Бишоп. Он сидел в дальнем конце комнаты за большим столом коричневого цвета. Сначала Терри его даже не заметил. «Я же не просил остановиться у двери. Проходи сюда».

Терри поспешил к нему и остановился в метре от стола.

«Я Полковник Бишоп. Ты, должно быть, Терранс», — сказал человек. «Я все гадал, когда же ты появишься». На нем были надеты тонкие очки, а в руках он держал большой планшет. «Подумать только, уже семь.».

«Да, сэр», — сказал Терри, вспомнив, чему его учил человек у входа.

Полковник был толстяком, немного шире, чем все остальные. Терри показалось, что еще он был более старым. Он должен был быть высоким, но это было сложно проверить, ведь Терри не видел все тело целиком. «Я думаю, ты уже хочешь приступить к своим занятиям», — сказал Бишоп.

«Да, сэр», — сказал он.

«Ты так сказал, но ты же на самом деле не понимаешь, с чем только что согласился, не так ли?»

Казалось, что это больше утверждение чем вопрос, так что Терри не ответил. Он просто стоял. Кем был этот человек? Именно такой должна быть школа?

«Терранс, позволь мне спросить кое-что», — сказал полковник, немного подождав. «Твоя мать рассказала тебе что-нибудь о программе, которая у тебя будет?»

Терри немного подумал над вопросом. «Ну, она сказала, что на мой день рождения я должен пойти в школу», — сказал он. «И что это примерно так же, как и дома, но там будет больше детей, вроде меня».

Полковник Бишоп моргнул. «Ну, я думаю, это правда. А что еще она сказала?»

«Что когда она закончится, я вернусь домой», — сказал он.

«А она сказала, когда это случится?»

Терри не ответил.

Полковник Бишоп приподнял бровь. «Ну? Она не сказала?»

«Нет, сэр», — пробормотал Терри.

Человек за столом захихикал. «Так ты не знаешь, на сколько ты здесь задержишься?»

«Нет, сэр».

Полковник Бишоп положил планшет на стол. «Сынок, ты здесь на следующие десять лет».

Грудь и лицо Терри как будто вспыхнули огнем. О чем Бишоп вообще говорит? Конечно, Терри пойдет домой. Он не может здесь оставаться. «Но я пообещал своей сестре, что сегодня я буду дома», — сказал он. «Я должен вернуться».

«Очень жаль», — сказал полковник. «Конечно, твоя мать , поступила неразумно, не сказав тебе. Но не волнуйся. Мы введем тебя в курс дела». Он нажал что-то на планшете, лежавшем на столе, и дверь открылась. Эхо шагов наполнило комнату, а затем в нее вошло два крупных человека. На каждом из них были такие же куртки коричневого цвета, как и на всех остальных людях. «Ух ты, а вы быстро», — сказал он.

Один из вошедших отсалютовал. «Да, сэр. Последняя не плакала. Провели ее в комнату без всяких происшествий».

Терри хотел спросить, кто такая эта «последняя», и почему было хорошо, что она не заплакала. Остальные дети что, тоже плачут, когда попадают в эту школу? Что же это за место?

«Ну, надеюсь, Терранс тоже не будет плакать», — сказал Бишоп. Он посмотрел на Терри.

«Правильно? Ты ведь не доставишь нам никаких проблем, не так ли?»

Терри не знал, что делать что ответить. Все, о чем он мог думать — это как оказаться подальше от этого места. Он не хотел идти с этими мужчинами. Он не хотел правильным образом вести себя. Все, что он хотел — это просто пойти домой.

Но он не мог. Не сейчас. Он был здесь, в этом месте, и идти было некуда. Пути назад не было. Он хотел закричать, заорать на человека за столом, и его двух друзей, рассказать им, как неправильно все, что они тут делают.

Он открыл свой рот, чтобы объяснить, закричать так громко, как он только мог. Заорать, что он не пойдет. Но в это время он снова вспомнил человека на входе, и вместо крика, он повторил слова, которые говорил ранее. «Нет, сэр», — мягко сказал он. Бишоп улыбнулся, и кивнул двум мужчинам около двери. «Как раз то, что я ожидал услышать».

*******

14 Апреля, 2339 года.

Центр Академии.

«Дай свою руку», — сказала медсестра.

Игла проткнула кожу Терри, и он вздрогнул. Медсестра набрала небольшую ампулу его крови. «Для чего это?» — спросил он.

«Для тестов», — сказала медсестра, отсоединяя ампулу, и заменяя ее на пустую. Как только и вторая была наполнена, она отдала их молодому человеку. «Марк, быстро, промаркируй их, и помести рядом с остальными».

«Да, мадам», — сказал Марк. Он взял ампулы и исчез в каком-то подсобном помещении.

«Что за тесты?» — спросил Терри.

«Все просто, дорогой», — сказала она. «Мы делаем их для каждого нового студента».

«Но зачем?» — спросил он.

«Просто потому что делаем», — прямо сказала медсестра. «Теперь, почему бы тебе не сказать тем мужчинам в холле, что ты готов? Мы уже все сделали».

Терри кивнул и вышел через дверь. Открыв ее, он увидел тех же двух мужчин, которые привели его сюда. Они все еще стояли и молчали. Они что, ждали его все это время?

«Закончил?» — спросил один из них.

«Думаю, да», — сказал Терри.

Когда пришло время спать, они привели его в комнату с двумя кроватями. «Это твоя комната», — сказал один из мужчин.

«Когда я смогу пойти домой?» — спросил Терри.

Но ответа не последовало. Только звук закрывающейся двери. Они оставили его одного. Одного в первый раз с тех пор, как он проснулся утром, и увидел свою сестру — Дженис. Должно быть она сейчас растеряна, не понимает, куда он подевался, почему не возвращается домой. Она будет плакать, — подумал он. Плакать и спрашивать Маму, пока не уснет, или просто не забудет — потому что она у нее всегда так. Она еще такая маленькая, и теперь еще и одинокая. Конечно, у нее есть Мать, но когда этого было достаточно?

Внезапно послышался громкий звук смыва. Он исходил с другой стороны комнаты, и, по-видимому, источник звука находился за стеной с открытой дверью, из-за которой был виден свет. Терри подошел к двери, и стал ждать, глядя на ручку. Через секунду ручка повернулась, и вошел другой мальчик.

Он был выше Терри, и его подбородок был немного толще. У него были короткие черные волосы, и он, как и Терри, был удивлен, найдя за дверью еще одного человека. «Ой… Привет», — прошептал он. «Что ты делаешь в моей комнате?»

Терри посмотрел на две кровати. Он почувствовал себя идиотом, что не заметил этого раньше. На одной из них лежала сумка с бумагами, и одеяла уже не было. Естественно, кто-то уже был в этой комнате. Как он мог не заметить? «Они сказали, что это моя комната».

«Ой, а я думал, это все для меня».

«Извини», — сказал Терри.

«Все нормально», — сказал мальчик, пока они шли на ту сторону комнаты, где стояла его кровать, и сели на нее. «Если честно, то мне немного скучно. У всех остальных ребятишек есть соседи по комнате, а меня засунули сюда одного. Мне было нечего делать».

«Что за другие ребятишки?» — спросил Терри.

«Ну, ты знаешь, другие студенты. Ты их не видел?»

Терри сел на свою кровать. Она находилась ровно напротив кровати Джона. «Нет, ты первый ребенок, которого я увидел за весь день».

«Правда?» — спросил Джон. «Я думаю, нас около двадцати. Большинство приехало рано утром. Ты немного опоздал».

«Я последний?» — спросил Терри. Он не любил опаздывать.

«А кто его знает», сказал мальчик, пожав плечами. «Они засунули меня сюда несколько часов назад, а остальных отправили по их комнатам. В любом случае, я Джон».

«Я — Терри», — сказал он. «Как долго мы здесь пробудем? Мне сказали, что десять лет. Это что, правда?»

Джон кивнул. «Пока тебе не будет семнадцать».

Терри уставился в пол.

«А ты думал, сколько?»

«Я думал, что вернусь к концу дня».

Джон ничего не сказал.

«Почему моя мать не сказала мне?»

«Может, она не хотела» — сказал Джон.

Терри схватив за край его кровати сжал пальцы. «Она должна была хоть что-нибудь сказать . Теперь моя сестра думает, что я вернусь. А я не вернусь. Она подумает, что я бросил ее».

«У тебя есть сестра?»

«Ага», — кивнул Терри. «Дженис. Ей четыре».

«У меня никогда не было сестры», — сказал Джон. «Только старший брат. В прошлом году он выпустился из академии. Когда он вернулся домой, я увидел его в первый раз. Он и рассказал мне про это место».

«Счастливчик», — прошептал Терри.

«Счастливчик?»

«Ага, ты знал, что тебя ждет, еще до того, как попал сюда».

«Наверное», — сказал Джон, и его голос смягчился. «Но я знал моего брата только год. Я не увижу его, пока мне не исполнится семнадцать. А ты провел целых четыре года со своей сестрой. Так что не я счастливчик, а ты».

«Извини», — сказал Терри. Конечно, Джон не думал, что ему повезло. Скорее всего, ему было больно не меньше чем Терри.

«Да ладно», — сказал Джон. «Кстати, с днем рождения».

«Спасибо», — сказал Терри. «У тебя тоже сегодня?»

«А как же. У меня, у тебя, и у всех в нашем классе».

«Правда?» — спросил Терри. «Не чересчур ли большая куча дней рождений».

Джон ненадолго остановился. «Да, вообще, похоже, что так и есть».

«Что ты имеешь в виду?»

«Прежде чем я сюда попал мой брат рассказал мне, что все начинают учиться в своей день рождения. Но также он говорил, что когда ты туда попадаешь, уроки уже идут, потому что остальные дети родились в другое время. Уроки зависят от того, когда ты родился».

«И?»

«Ну, если у всех нас день рождения сегодня, разве это не странно?»

Терри пожал плечами. «Все, что моя мать сказала про дни рождения — это то, что в этот день идут в школу».

«И все равно, странно», — настаивал Джон. «Мой брат сказал, что дети попадают сюда в разное время, не все сразу. Нет никакого смысла в том, что мы попали сюда в один и тот же день, разве не так?»

Терри немного подумал об этом. «Может быть большое количество детей просто родилось в один день. Может быть, наш класс будет меньше, чем остальные».

«Слишком много ‘может быть'»

Терри вздохнул и прислонился спиной к стене. Его ноги болтались, свешиваясь с края кровати. «Что будет завтра?»

«Распределение», — сказал Джон. «А затем начнутся наши уроки. Так мне сказали ранее».

«Мне никто ничего не рассказал», — сказал Терри.

«Наверное потому что ты поздно поступил», — сказал Джон. «Когда мы сюда попали, они выстроили всех в линейку, и объяснили. Завтра распределение, а затем первый урок».

«Что-то еще?» — спросил Терри.

«Обед», — сказал Джон, указывая на часы около своей кровати. «Осталось еще десять минут.»

|МенюСледующая глава»